«Внутренний свет» предстает как визуальная метафора антарктического существа, существующего на границе исчезновения и продолжения. Его очертания будто собраны из холода, ветра и времени. Свет, исходящий изнутри формы, не ослепляет — он напоминает о глубинной устойчивости живого. В этом образе фауна Антарктиды становится проекцией человеческого стремления к новым пространствам. Это попытка объединить биологическое и философское, превращая объект в знак внутреннего движения. Здесь исследование мира равняется исследованию собственных пределов. Работа говорит о том, что подлинное открытие начинается там, где сохраняется внутренний свет.